Станислав Петрушенко: «Комфортную городскую среду надо создавать так, чтобы людям было удобно и интересно»

Председатель постоянного комитета по транспорту и жилищно-коммунальному комплексу Законодательного Собрания рассказал, как видит реализацию программ по благоустройству.

Комфортная городская среда — это качество нашей жизни. О том, как реализуются в Тверском регионе масштабные проекты и как можно оценить проделанную работу, в программе «Диалоги» тверской студии радиостанции «Комсомольская правда» (99,3 FM 18+) ведущая Надежда Ежова побеседовала с председателем постоянного комитета по транспорту и жилищно-коммунальному комплексу Законодательного Собрания Тверской области Станиславом Петрушенко.

— Тверская область участвует в федеральном проекте по созданию комфортной и интересной для жизни городской среды уже не первый год. Как вы оцениваете ход реализации проекта?

— По пятибалльной шкале на пять с минусом или четыре с плюсом. С 2019 по 2025 год мы привлекли практически 4,5 млрд федеральных средств и при этом 100% средств освоили. Что говорит о качестве. Сделано за этот срок 712 объектов. 684 объекта — по проекту «Формирование современной городской среды». При этом наши муниципалитеты проявили огромную заинтересованность и понимание.
26 наших проектов стали победителями Всероссийского конкурса лучших проектов. Из них 15 уже реализовано, остальные запланированы к реализации на 26-й и 27-й годы.
Приезжая в тот или иной город, мы уже видим, что сделано для людей. Это очень здорово. И в Твери есть такие проекты. Глава региона сказал, что улицу Трёхсвятскую мы доделаем в течение двух лет. Очень хорошо, что он обратил внимание на городской сад, ведь это наша с вами среда, в которую мы приходим с детьми. У нас есть ещё проекты, которые должны дать огромный толчок городу. Начало было положено, по-моему, пять лет назад — это Мигаловская набережная. Мы практически можем продлить её до обелиска Победы.
Это будет и красота, и туристическая привлекательность, и удобство: люди вышли, прогулялись, прошли по набережной до центра.

— Возможно, кстати, это те самые 10 000 шагов. Есть же экологические тропы, где люди проходят по 15 км. А здесь действительно можно какие-то метки поставить: «Вот здесь вы прошли дневную норму шагов».

— И без больших затрат — мы это рассматривали совместно с городской администрацией. Можно спокойно делать, за редким исключением (есть там промзона), до бульвара Ногина. Дальше, понятно, там затратная часть немножко другая. Но всё можно сделать, если последовательно, понемногу.
Или посёлок Спирово — там парк в центре. Парк маленький, 300 квадратов. Поставили лавочки, сделали насаждения, положили плитку — люди могут прийти, посидеть.
Но комфортная среда заключается не в том, что мы сделаем с вами один городской сад. Он тоже нужен, но нам нужны такие же места в «Южном», например. Вот Молодёжный бульвар — то, что сделали. Там не хватает каких-то объектов, досуговых в том числе: развлечений для детей, мест, где можно купить кофе, и так далее.
Лавочки поставить, дорожки сделать, освещение — а вопросы всё равно иногда возникают. Мы сделали комфортную среду, но этот парк зимой никто не убирал. А для чего мы тогда его сделали? Светильники горят, а как идти туда, на чём ехать, на снегоходе? Здесь мы должны учитывать все моменты. Если всё делать последовательно, одновременно и маленькие объекты, и большие проекты (на федеральные и региональные средства), то это и даст ту среду, которую мы с вами видим в Москве, например.

— Жители иногда спорят о том, что нужнее. Кто-то за то, чтобы делать точечно, какие-то маленькие объекты: пару светильников, лавочку поставить. Кто-то считает, что лучше один, но большой проект. Кто прав?

— Все правы. Мы же с вами там, где живём, тоже хотим какой-то парк, куда мы могли бы выйти? Потому я и сказал, что все проекты должны быть увязаны. Вот федеральные наши победители — 26 проектов — большие объекты. 684 — это другие. Это и проекты благоустройства мест массового отдыха, это и в том числе дворовые территории. Когда программы работают совместно и совместно выполняются, участвуют и федеральные, и региональные деньги, и минимальное количество муниципальных денег, они работают параллельно, они увязываются, тогда у нас получается та культурная среда, в которой мы с вами будем жить.

— Что касается комфортной городской среды, как здесь организован контроль за качеством работ и есть ли постпроектное сопровождение?

— Есть, конечно. И пятилетний гарантийный срок есть, и приёмка качества. Мы же помним, что на первом этапе ремонт Трёхсвятской переделывали. Но у меня есть вопросы, наверное, к качеству самих проектов.
К примеру, мы делали парк на улице Громова и поставили туда самолёт. Я когда туда приехал, ещё шли работы. Мы ездили комитетом, оценивали этот парк, Мигаловскую набережную. Я спрашиваю, для кого этот парк. Что здесь будет? Вот здесь будут дорожки шириной метр двадцать, лавочки поставим, самолёт поставим. Но для кого этот парк? Мне отвечают, что будут мамы с детьми приходить гулять. Да, мамы с детьми до пяти-шести лет будут сюда приходить. И пенсионеры старше шестидесяти пяти. А что же люди от пяти до шестидесяти пяти лет? Про них-то забыли. То есть кто мешает сделать дороги не метр двадцать, а два метра и выделить велодорожки, например?
Поэтому, когда начинаешь что-то создавать и продумывать, нужно и у молодёжи, и у среднего возраста спрашивать. Мы не должны забывать тех, кому от пяти до шестидесяти пяти. Потому что им просто прийти в парк и сесть на скамейку неинтересно.
То есть мы — законодательные органы, исполнительные — должны всё это выстраивать и не навязывать людям только своё видение, а выстраивать так, чтобы это было интересно, комфортно. И здесь у нас ещё очень много чего можно делать, продумывать с учётом интересов наших детей, внуков. И в этом случае пойдёт эволюционное развитие.

— Ну вот на Мигаловской набережной можно погулять, пройтись, можно где-то взять что-то перекусить…

— А лечь на траву? Летом? В Санкт-Петербурге, в парке Трёхсотлетия Санкт-Петербурга, например, можно. А почему там можно, а здесь нельзя? Может быть, мы всё-таки будем думать, что парк нужно не только построить — парк нужно ещё и содержать, и эксплуатировать. Приведу как не очень хороший пример парк в «Южном» у первого роддома. Там сделаны санузлы, в которых хранят хозинвентарь. А самих санузлов нет. А где ребёнку, извините, в туалет сходить? Мы зачем это делаем? Всё красиво, большие деньги в эту площадку с фонтаном вложены. Через 10 лет ещё столько же вложим? Всё должно быть сделано целесообразно и разумно.
Эксплуатация — это нужно контролировать. У нас для этого есть и видеонаблюдение, и мы можем участвовать в программе «Безопасный город». Кстати, у нас с этой программой тоже напряжёнка. Государственно-частное партнёрство, допустим, на центральных улицах, где магазины, могло бы дать огромный эффект. Мы могли бы разрешить подключиться, например, к интернету, но попросить все магазины установить по одной видеокамере, которые смотрят на тротуары, и передавать эти данные в органы внутренних дел. Мы имели бы снижение и уличной преступности, и других правонарушений, я думаю, на 30-40 процентов.

— Кстати, к вопросу о вандализме. Когда пошло такое массовое приведение объектов в порядок и люди сами голосуют за тот или иной объект, призывают единомышленников, стало ли фактов вандализма меньше? Или это подростковое хулиганство никуда не делось?

— Оно есть везде. Мы подростковую эту историю никуда не денем. Это и гормональная перестройка организма, и воспитание. Но если мы возьмём опыт наших друзей-белорусов, у них абсолютно чёткое есть понимание и чётко прописано в законодательстве, что с этим делать. Я не сторонник жёстких мер, но в этом плане, наверное, склоняюсь к ним. Там за порчу государственного или муниципального имущества штраф привязан к стоимости этого имущества. Только стократно. И мы были у своих друзей в Беларуси и видели, что там такого нет. Потому что ты разбил на тысячу, а заплатишь сто тысяч. Это очень хорошая формула: соблюдать закон выгоднее, чем его не соблюдать. И если ею пользоваться умеючи, она работает.
Понятно, что общество нужно учить, нас всех надо учить, нашу русскую поговорку «век живи, век учись» никто не отменял. Но при этом мы должны создать другие условия, мотивировать. Знаете, можно сказать, что тот же борщевик не имеет отношения к комфортной городской среде. А я скажу: имеет. Да, мы ввели с 1 марта крупные штрафы. Но в этом случае возникают вопросы: граждан будем штрафовать, а муниципалитеты? Ведь борщевика на территории Калининского района, города Твери да и везде на муниципальной земле больше. Но тут надо аккуратно подходить. Муниципалитет не справится с этим за один год. То есть мы должны понимать: в этом году мы убираем вот здесь. И мы должны показать это людям, что вот здесь борщевик был, а в этом году его не будет. Мы здесь работаем. А в следующем году — дальше. Понятно, что косить надо, чтобы он не разрастался, какие-то меры принимать. Но совсем избавиться — это процесс очень длительный. А если мы просто всем повыписываем штрафы, что от этого произойдёт? Борщевика меньше станет? Я думаю, что нет. И всё, и вся комфортная среда пропала.

— А что принципиально изменилось с 1 марта? Ведь мы и раньше боролись, в принципе, с ним…

— Боролись, но теперь появилась обязанность. Раньше за это не было никакой ответственности как таковой. А сейчас появилась финансовая история. Физические лица, если это дачники, собственники, — от 20 до 50 тысяч рублей штрафа. Это для человека серьёзная сумма. Должностные лица, например председатель СНТ, — уже от 50 до 100 тысяч. Юридические — от 400 до 700 тысяч.
Но тогда и органы местного самоуправления должны платить такие же штрафы? Я почему и сказал, что здесь надо очень аккуратно подходить. Нужно давать время, нужно смотреть в зависимости от территории.
Я считаю, что система заработает, но мы должны показывать план работы и, самое главное, стремиться его делать.

— Устранить борщевик очень тяжело. Если ты устранишь его, например, у себя на участке, а вдоль дороги он есть? Возникает вопрос: почему я должен, если здесь всё равно растёт? Куда-то можно пожаловаться?

— Пожаловаться можно. У нас с вами есть и Министерство сельского хозяйства Тверской области, и Управление Россельхознадзора, и Министерство лесного комплекса. И Министерство транспорта, если мы берём дороги, и муниципалитет.

— Давайте в завершение вернёмся к федеральному проекту «Комфортная городская среда». Скоро будет дан старт голосованию. Люди будут отдавать голоса за те или иные территории на платформе госуслуг. С каждым годом количество голосующих увеличивается, но, как вы считаете, достаточно этого?

— Я считаю, что люди сейчас стали видеть, что это приносит результаты. Они действительно стали голосовать. Вот у нас на двадцать шестой год участвуют тридцать восемь парков, шестнадцать маленьких набережных, два мемориала, семь спортивно-досуговых зон, восемнадцать скверов, шесть площадей, сорок две улицы и бульвара, двадцать восемь детских игровых зон. Это мы должны выполнить. Поэтому призываю голосовать и выбирать объекты!